Benedetto XVI - Papst.pro
 

срочно в номер

 
Ближайшие трансляции
 
28 февраля
19.30 по мск. - вылет в Кастель Гандольфо
23.00 по мск. - конец понтификата Бенедикта XVI 

 

фоторепортаж


Ветренный Милан 2012
Печать E-mail
18.04.2006 г.

Кардиналы рассказывают о Папе

Уникальное интервью с князьями Церкви:
в свидетелях 10 кардиналов

«Я очень рад» Кардинал Бернардин Гантин, почетный декан Священной Коллегии

Я очень рад, что Бенедикт XVI принял меня перед моим возвращением в Бенин в качестве римского миссионера в Африке. И очень доволен, что тем же утром Папа принял также кардинала викария Камилло Руини и руководителей Епископской конференции стран Латинской Америки. Рим, Африку и Латинскую Америку вместе. Я пожелал Папе долгого и плодотворного понтификата. И упомянул о проблемах моего континента, о котором часто забывают сильные мира сего, но который всегда близок сердцу Преемника Петра. Вчера мы ощущали заботу Иоанна Павла II, сегодня – его преемника. Я говорил о войнах, обагряющих кровью нашу землю, о голоде, убивающем взрослых и детей, о сектах, отравляющих веру простых сердцем африканцев, о перешедшем в наступление исламе, о СПИДе, истребляющем невинных. В этой связи я был поражен тем, что первый призыв Папы – в его первой молитве «Regina Cоeli», которую он прочитал из окна своих апартаментов в апостольском дворце, – прозвучал в защиту мира в Того, в соседней стране с моим Бенином. Я взволнован такой мгновенной реакцией Папы, хотя, естественно, предпочел бы, чтобы события развивались так, что в его вмешательстве не возникало бы необходимости. Во время краткой аудиенции мы говорили о прошлом и о будущем. Не было времени ни для какого «amarcord». И я всегда помню о том, что Бенедикт XVI был возведен в сан кардинала Папой Павлом VI в 1977 году, и что во время этой самой настоящей «миниконсистории» – неокардиналов было четверо – пурпурная шапочка была вручена также и моей скромной персоне. И за это я благодарен великому Папе Монтини.

«Простой, скромный, спокойный»

Кардинал Альфонсо Лопес Трухильо, президент Папского совета по делам семьи

«Первое произведение Ратцингера, прочитанное мною, было ‘Введение в христианство’. Меня впечатлила та ясность, с которой он, исходя из веры, излагал проблемы современного мира. Затем он предложил мне, в качестве материала для размышления, свое экклезиологическое произведение, ‘Слово в Церкви’. Эта книга стала для меня самым настоящим глотком кислорода веры. Его критерии абсолютно правильны. После этого я стал дарить эту книгу своим священникам в Меделлине, в день их рукоположения; это одна из книг, которые должны быть в библиотеке каждого священника. Уверен, что прочитал все, что было издано кардиналом Ратцингером на испанском языке, а также на итальянском и французском». Эти слова, написанные в качестве предисловия к моей книге «Свидетельства», изданной на испанском языке в теперь уже далеком 1997 году, сохраняют все свое значение.

Могу добавить также, что мое знакомство с тогдашним профессором Йозефом Ратцингером восходит к 1971 году. Я был недавно рукоположен в епископы. Епископская конференция Колумбии организовала месячные курсы углубленного изучения теологии для епископов страны. Среди выступавших с докладом был и нынешний Папа Бенедикт XVI. Как сейчас помню, что молодой профессор Ратцингер «испарялся» из поля зрения и уединялся где-нибудь в углу, чтобы прочитать бревиарий или подготовиться к следующей конференции. В этой связи я был свидетелем того, с какой ловкостью он пользовался стенографией для записи своих лекций. Впоследствии, в 1988, когда я стал президентом Епископской конференции Колумбии, мы организовали неделю встреч для епископов, пригласив в качестве докладчика одного Ратцингера, ставшего в то время кардиналом и префектом Конгрегации вероучения. Как член вышеуказанной Конгрегации я имел возможность за эти более чем 20 лет оценить огромные человеческие и духовные таланты нынешнего Понтифика. Его простоту, скромность, спокойствие. Его способность слушать и синтезировать. Его терпеливую готовность к диалогу. Никогда при этом не упуская из виду обязанность помнить обо всем том, что Господь желает от Своей Церкви. В 1997 году я написал в своей книге: «Всем нам, знающим его близко, откровенно смешно, когда мы слышим, как его называют ‘великим инквизитором’. Полагаю, что лишь его исключительное послушание привело к принятию столь великой ответственности. Еще одной из его черт является терпение, о котором могли бы свидетельствовать те, кто общался с ним в рамках должности, которую он исполняет в Церкви, включая сторонников так называемой теологии освобождения». Эти слова за прошедшие восемь лет не утратили своего значения… Более того, хочу завершить свое краткое выступление утверждением, что считаю большой честью для себя быть принятым Папой в числе первых на частной аудиенции. Пользуясь случаем, я известил Папу о том, как идет подготовка ко Всемирной встрече семей с Папой, намеченной на первую неделю июля 2006 года в испанской Валенсии.

«Новизна имени»
кардинал Джованни Баттиста Ре, префект Конгрегации по делам епископов

Если выбор имени Бенедикта XVI вызвал у многих удивление, то в том, что касается краткости конклава и избрания кардинала Ратцингера не было ничего удивительного, учитывая личность нового Папы.

Уже много лет он был одним из самых выдающихся теологов (в 31 год он руководил кафедрой, был экспертом II Ватиканского Собора и т.д.); кроме того, с 1977 года, то есть с тех пор, как Павел VI назначил его архиепископом Мюнхена, а несколько месяцев спустя – кардиналом, он был одной из самых известных личностей в мире по своей интеллектуальной глубине, по видению проблем нашего времени и по усилиям, прилагаемым в защиту христианской идентичности. Новизна имени не означает разрыва преемственности со своими непосредственными предшественниками: Бенедикт XVI несомненно продолжит линию Иоанна Павла II, по стопам двухтысячелетней традиции Церкви. Он сам заявил об этом на следующий день после своего избрания, сказав, что «чувствует сильную руку» Папы Иоанна Павла II, говорящего ему: «Не бойся!» (L’Osservatore Romano, 21 апреля). Папа Ратцингер сочетает в себе энергию и интеллектуальную строгость с человечностью и простотой обращения. Проявлением его человечности стали также слова, которыми он, сразу после избрания, представился, назвав себя «простым и скромным работником в винограднике Господнем». Величие любого Папы заключается в факте, что он является Преемником св. Петра – а следовательно, викарием Христа на земле, – которому надлежит утверждать братьев в вере и быть основой единства Церкви. Меняется личность, но миссия остается прежней. Тем не менее, каждый Папа привносит в эту миссию свою личность, свои истоки, свой образ, который обусловлен средой, где он сформировался как человек и христианин. Поэтому стиль Бенедикта XVI будет отличаться от стиля его предшественника, но любовь ко Христу, желание служить человечеству, помогая ему возрастать в братстве, солидарности, взаимоуважении любви, справедливости и мирном сосуществовании будут такими же. За те двадцать три года, что он возглавлял ведомство Римской курии, занимаясь защитой и продвижением католической веры, кардинал Ратцингер проявил себя великим свидетелем истины о Боге и о человеке, не уступающим веяниям моды и никогда не ищущим успеха и одобрения мира сего. В своей проповеди в день открытия конклава, комментируя слова св. Павла, – наставлявшего «не быть более младенцами, колеблющимися и увлекающимися всяким ветром учения», – кардинал Ратцингер произнес сильные слова против «диктатуры релятивизма», столь распространенного сегодня, «который делает высшим мерилом только собственное ‘Я’ и его желания». И в заключение подчеркнул, что зрелая вера – не та, что «следует веяниям моды и гонится за новшествами», но это «вера, глубоко укорененная в дружбу со Христом» (L’Osservatore Romano, 19 апреля). Эти слова помогают понять масштаб его мысли и его ментальности. Человек глубокой веры, он готов встречаться и вести диалог с кем бы то ни было, лишь бы тот был искренним искателем истины. В то время, как Иоанн Павел II был мистиком и философом, в Бенедикте XVI преобладает духовность, укорененная в традиции Отцов Церкви и сильный богословский аспект. Выбор имени связывается со стремлением к миру, которым отличался Бенедикт XV (1914-1922), говоривший о войне как о «бесполезной бойне» и неустанно искавший мирных решений. Однако это имя напоминает, прежде всего, о наследии св. Бенедикта, основателя монашества, которое из Монтекассино распространилось по всей Европе и оказало огромное влияние на формирование европейской культуры, основанной на признании первенства Бога над историей и духа над материей. Поэтому имя Бенедикта глубоко уходит своими корнями в веру, культуру и цивилизацию. Из шестнадцати Пап, избравших это имя, десять были римлянами: следовательно, имя Бенедикта обладает также римскими корнями. Опыт учит нас, что каждая эпоха имеет того Папу, в котором она нуждается, потому что Дух Святой действует в Церкви и читает в сердцах. Огромный интерес мира к новому понтификату и убедительность, которую он вызвал в сердцах, являются не только демонстрацией того, что Католическая Церковь жива, но и знаком надежды, что деятельность нового Папы, пусть среди бурь и волнений, которые неизбежны, принесет обильные плоды блага и добра сегодняшнему человечеству. Бенедикт XVI сейчас намечает свой путь, который будет новым, и вместе с тем древним. В проповеди на мессе инаугурации пастырского служения в качестве преемника Петра Бенедикт XVI напомнил слова Иоанна Павла II, прозвучавшие 22 октября 1978 года, и присоединился к ним: «Распахните двери Христу!» Он настойчиво подчеркнул, что «христиан никогда не бывает одинок» и что тот, кто впускает Христа в свою жизнь, «не теряет абсолютно ничего из того, что делает жизнь свободной, прекрасной и великой» (L’Osservatore Romano, 25 апреля). Отныне у Папы Ратцингера не будет больше времени играть Моцарта на фортепиано. Он будет Папой, который укрепит веру в мире; он будет великим Пастырем, требовательным в вопросах веры и принципов, но его сердце полно доброты ко всем – к близким и далеким – в мире, жаждущем любви и ищущем смысла надежды и жизни.

«Литургия – это выражение веры»

Кардинал Френсис Аринзе, префект Конгрегации богослужения и таинств

Я познакомился с тогдашним кардиналом Йозефом Ратцингером, когда он был архиепископом Мюнхена, в 1977 или 1978 году, во время визита в Германию в мою бытность архиепископом Онитши, в Нигерии. Я слышал отзывы о нем, как о сильном теологе, но никогда не встречался с ним раньше. Мне удалось узнать его гораздо лучше, когда я был назначен Иоанном Павлом II на пост президента Папского совета по межрелигиозному диалогу, то есть в 1984 году, а затем в качестве члена Конгрегации вероучения.

Я бы сказал, что он великая личность. Я вижу в нем священника, епископа, кардинала и отныне Папу, предавшегося Христу и Церкви; я вижу в нем человека веры, католической веры без компромиссов. Папа Бенедикт XVI умеет излагать веру в ясной и понятной форме; в такой форме, которая подходит для ученых и не очень трудна для простых людей. Он очень умный, и вместе с тем он не подавляет другого, умеет выслушать его. И если собеседник выдвигает действительно позитивный аргумент, Папа, не колеблясь, принимает его. Я лично видел его готовым изменить свою позицию, когда он оказался перед убедительными аргументами.

Зачастую забывают, что роль Конгрегации вероучения заключается в том, чтобы укреплять и защищать веру, а не подавлять инакомыслящих теологов. Так народ представлял кардинала Ратцингера только как сурового и строгого судью, готового вывести из игры, или не засчитать заброшенные голы… Хорошо, – пусть это правильно, что существует арбитр, следящий за тем, чтобы игра не кончилась «битьем бутылок», – но вера – это нечто гораздо более важное, чем футбольный матч, и кардинала Ратцингера, ныне Папу Бенедикта, нельзя воспринимать в качестве безжалостного судьи. Достаточно просмотреть L’Osservatore Romano от 24 апреля, две страницы которой полностью занимает библиография его трудов за последние сорок лет. Это действительно впечатляет!

Людям, с которыми я не знаком лично, говорю: ждите, слушайте, откройте глаза, откройте также уши, потому что человек не может видеть, если он закрывает глаза, и он ничего не услышит, если не желает слушать.

Некоторые боятся правды, поэтому, когда речь заходит о Конгрегации вероучения, они сразу уходят от разговора, ссылаясь на головную боль или высокое давление, но я говорю им, чтобы они не боялись: когда вы прочтете больше текстов этого Папы, вы почувствуете, вкусите больше радости от того, что можете быть верными свидетелями Иисуса!

Папа Бенедикт XVI, в свою бытность теологом и кардиналом, много писал о литургии, потому что «lex credendi, lex orandi»: литургия является выражением веры, а вера направляет литургию. Литургия – это официальное выражение веры Церкви, тайн Христа, которые она прославляет. И кардинал Ратцингер – ныне Папа Бенедикт – имел достаточно ясные идеи относительно литургии и не боялся выражать их. Это является огромной поддержкой в нашей работе Конгрегации богослужения, как можно легко догадаться. Кто не боится открыть уши, да услышит!

«Он живет без страха»

Кардинал Бернард Френсис Лэу,

архисвященник Либерианской патриархальной базилики

Санта Мария Маджиоре

Моя первая встреча с нынешним Понтификом восходит к восьмидесятым годам, когда он был префектом Конгрегации вероучения, а я – церковным делегатом Епископской конференции США по pastoral provision женатых членов англиканского духовенства, желавших войти в Католическую Церковь в качестве священников. Я практически был соединительным звеном между Конгрегацией, которая формально давала согласие англиканам быть посвященными священниками, и отдельными епископами, готовыми предоставить пастырскую роль этим новым священникам Католической Церкви. После внеочередного Синода 1985 года у меня появилась возможность узнать тогдашнего кардинала Ратцингера ближе. После этого Синода Папа решил, что следует приступить к подготовке официального Катехизиса Католической Церкви. Иоанн Павел II назначил Ратцингера председателем комиссии, которой было поручено написать его, и я также был назначен одним из членов этой комиссии. Так я имел возможность работать бок о бок с Ратцингером. И это был чрезвычайно ценный для меня опыт. В этой связи не могу забыть факт, который связывает меня лично с новым Папой и с его предшественником. Это было 27 мая 1994 года, в последний день пребывания Иоанна Павла II в клинике Джемелли, куда он был помещен для операции на бедре. Именно в то утро Папа – все еще в своей палате на десятом этаже – получил от тогдашнего кардинала Ратцингера и от меня первую копию английской версии «Катехизиса Католической Церкви» в классическом переплете из белой кожи.

Вместе с кардиналом Ратцингером я принимал участи также в многочисленных заседаниях различных Конгрегаций Римской курии, во время которых я был впечатлен его неизменно ценными мнениями. Его способность слушать, его умение несколькими словами выразить суть выступлений, которые он слушал во время заседаний, устранять неясности было чем-то удивительным.

Что меня всегда еще впечатляло в кардинале Ратцингере – это то, что слушая или читая каждое его выступление, всегда учишься чему-то, и что он обладает особой, необыкновенной харизмой наставника. И не только. Новый Папа – это также человек, проживающий свою жизнь без страха, потому что он полностью уповает на Бога, Иисуса, и Пресвятую Деву Марию. И это также видно в той простоте, с которой он принял непосильную, казалось бы, для человека миссию Епископа Рима и Преемника Петра.

«Человек католической веры»

Кардинал Френсис Эуджен Джордж,

архиепископ Чикагский

Папа Бенедикт XVI – это человек веры, католической веры, а также человек молитвы, одна из главных задач которого заключается в том, чтобы противостоять агрессивной секуляризации, особенно на Западе.

Впервые я услышал тогдашнего кардинала Йозефа Ратцингера во время одной богословской конференции в Филадельфии (США), до моего назначения епископом. К тому времени я уже был знаком с его книгами, не только по доктрине Церкви, по фундаментальной теологии и экклезиологии, но и с его трудами о духовности, которые стали мне помощью в молитве. Став епископом, я неоднократно встречался и беседовал с ним. Он всегда производил на меня впечатление спокойного и толкового человека; способного выслушать и найти точки согласия, отложив до другого случая прения по пунктам расхождения. Когда Бенедикт XVI показался на балконе собора св. Петра и сделал экспансивный жест, чтобы приветствовать толпу, я подумал: вот благодать статуса, кардинал Ратцингер раньше не был столь экспансивным. Для меня был очень важным момент, когда кардинал Ратцингер принял свое избрание Папой. В тот момент я подумал: вот, теперь у нас Церковь является полной, уже не коллегия кардиналов, а конкретный человек взял в свои руки власть ключей Петра. Меня поразил также выбор имени, связанный с миром в мире (Папа Бенедикт XV) и с будущим Европы (св. Бенедикт Нурсийский). Бенедикт XVI глубоко чувствует культурные течения современности. Он также прекрасно знает историю литургии, и осознает, что с так называемой литургической реформой было что-то утрачено. Он, несомненно, является человеком II Ватиканского Собора, каким был Иоанн Павел II. Со дня окончания Собора прошло 40 лет, и настало время рассмотреть все «за» и «против» этой реформы. И, может быть, новый Папа внесет равновесие в этот вопрос.

«Для примирения и мира»

Кардинал Жан-Луи Торан, архивист и библиотекарь Святой Римской Церкви

Принимать участие в конклаве в качестве кардинала-выборщика – это, прежде всего, глубокий духовный опыт. Лично я понял, что тот, кто голосует, является, в реальности, орудием, через которое Бог действует в Своей Церкви, которая сегодня как никогда кажется мне живой и смелой.

Избрание кардинала Йозефа Ратцингера преемником Папы Иоанна Павла II – это, несомненно, выражение преемственности; новый Понтифик напоминал об этом неоднократно. Но все мы – и, я бы даже сказал, весь мир – поняли, что Бенедикт XVI, скромный и улыбающийся, может стать Папой, который провозгласит вечную нежность Бога. В жестоком, зачастую безжалостном мире, каким его сделали мы сами, новый Понтифик будет напоминать нам, своей мягкостью, о силе любви, способной открыть новые пути человечеству. Впрочем, избрав имя Бенедикт, в память Бенедикта XV, он сам пожелал указать, что поставит свое служение на службу примирения и мира.

Меня также поразило то, что я услышал от многих римлян: «Этот Папа так прекрасно говорит о сложных вещах, что мы все понимаем!»

Да, Церковь еще раз продемонстрировала, что, живая и молодая, она способна удивлять и говорить миру, вместе с Бенедиктом XVI: «Не бойтесь Христа! Он ничего не отнимает, и дарует все».

Лучшей новости для нынешнего и будущего мира и быть не может.

«Защищать человека от всякой тирании»

Кардинал Ренато Раффаэле Мартино, президент Папского совета «Справедливость и мир»

Вместе с Папой Бенедиктом XVI седьмого мая прошлого года я сослужил мессу по случаю его вступления на кафедру св. Иоанна. Среди наиболее впечатливших меня отрывков из его изумительной речи был тот, что касался защиты человека от всех видов тирании, которые основываются на «попытках переделать и выхолостить Слово Божие» и на «ошибочных толкованиях свободы». Вслед за Иоанном Павлом II он со всей твердостью заявил: «Свобода убивать является не свободой, но тиранией, ведущей человека в рабство». И эти слова, естественно, относятся не только к аборту или эвтаназии, но также к войне, смертной казни, терроризму, голоду или непредвиденным стихийным бедствиям.

С самого начала своего апостольского служения, самим выбором имени, первыми речами и первыми действиями понтификата Бенедикт XVI недвусмысленно продемонстрировал свое обязательство действовать в защиту человеческой личности, способствовать укреплению его неотъемлемых прав, и прилагать все необходимые усилия для торжества справедливости и мира на планете.

Во время своей первой общей аудиенции, 27-го апреля, объясняя, почему он выбрал себе имя Бенедикта, – «чтобы мысленно присоединиться» к досточтимому предшественнику Папе Джакомо, который был «отважным и подлинным пророком мира», – Святейший Отец ясно сказал: «Подобно ему, желаю поставить свое служение на службу примирения и гармонии между людьми и народами, глубоко убежденный, что великое благо мира – это, прежде всего, дар Божий, дар, хрупкий и ценный, который следует призывать, хранить и созидать день за днем при общем участии».

В проповеди на мессе инаугурации, на площади св. Петра 24 апреля, он резко обличил несправедливость, угрожающую миру, когда «сокровища земли больше не служат созиданию сада Божия, в котором все могли бы жить, но их используют для извлечения наживы и для разрушения».

Все эти слова подкреплены его великой человечностью, сердечностью и открытостью. Новый Понтифик сразу показал свою готовность к диалогу с разделенными братьями, с иудеями, с мусульманами, с верующими других религий и со всеми людьми доброй воли.

Ободряемый, поддерживаемый и направляемый Верховным Пастырем, Папский совет «Справедливость и мир» с обновленным порывом и энтузиазмом продолжит свои инициативы в этом направлении, организуя публикации, заседания и научные семинары, конференции и встречи, уделяя особое внимание распространению изданного недавно «Компендиума социальной доктрины Церкви», ценного документа, служащего правильному пониманию и эффективному присутствию и деятельности католиков в огромном мире социальных отношений.

«Мы знакомы с 1980-го…»

Кардинал Хавьер Лосано Барраган, президент Папского совета по пастырству среди работников здравоохранения

Я познакомился с тогдашним кардиналом Йозефом Ратцингером двадцать пять лет назад. Так, когда я пошел выказать послушание после конклава, Папа Бенедикт XVI, прежде чем я мог что-то произнести, сказал мне: «Мы знакомы с 1980-го...». Действительно, он был в то время руководителем Синода, посвященного вопросам семьи, а я был секретарем. Именно для того, чтобы начать эту нашу работу, он пригласил меня в Монако, где он был кардиналом-архиепископом. Я помню многое об этой первой встрече, его крайнюю доброжелательность, а также его проницательность. В то время в Европе много спорили о теологии освобождения. Хорошо помню, что он меня спросил: «Что это за теология освобождения?» Это был один из его первых вопросов. В том 1980 году мы много работали вместе, а три или четыре месяца – непрерывно. Затем, во время Синода, мы встречались каждый день. Хорошо помню, как он мне говорил: «Вы делайте эту часть работы, а я – эту». То есть он полностью доверял мне и не хотел, чтобы я делал просто какие-то наброски, которые он затем должен был просматривать. Так мы сэкономили время: тогда у нас не было компьютеров, не было ничего, мы все писали вручную. Он в то время еще не говорил хорошо по-итальянски, поэтому мы общались на немецком. Надеюсь, с моей стороны не будет хвастовством сказать, что благодаря этой работе бок о бок в 1980 году мы стали друзьями. Эта работа с ним стала для меня величайшей привилегией.

Затем я вернулся в Мексику, а кардинал Ратцингер был приглашен в Рим – возглавить Конгрегацию вероучения. В тот период я углубленно занимался теологией освобождения и написал несколько книг на эту тему. Всякий раз, как мне случалось бывать в Риме, я шел навестить его и приносил ему свои книги. Он был всегда приветливым и любезным, и наши с ним разговоры были огромным интеллектуальным и духовным стимулом. Впоследствии Иоанн Павел II оказал мне честь, пригласив меня в Ватикан возглавить Папский совет по пастырству среди работников здравоохранения, а также назначил меня членом Конгрегации по делам епископов. Так я, к своему удовольствию, мог встречаться с кардиналом Ратцингером чаще. Иногда мы с ним обсуждали проблемы, входящие в мою компетенцию, например, вопросы биоэтики. Мы вместе обсуждали вопрос: допустимо ли диакону быть служителем таинства отходящих, обычай, широко распространенный в таких европейских странах, как Германия и Франция, или в латиноамериканских, к примеру, в Бразилии. Затем недавно мы встречались, чтобы обсудить уместность сотрудничества с Global Found для борьбы со СПИДом, малярией и туберкулезом, а также при открытии фонда «Добрый Самарянин», созданного Иоанном Павлом II в нашем ведомстве, именно для оказания помощи самым нуждающимся больным со всего мира, особенно пораженным вирусом ВИЧ. Хочу завершить свое краткое свидетельство симпатичной историей, случившейся на следующий день после избрания Бенедикта XVI. Вместе с двумя кардиналами мы выходили из трапезной дома «Святой Марты», после завтрака, и столкнулись с Папой, одетым во все белое, который шел куда-то. Я воскликнул: «Вот так встреча, Святейший Отец!», – и спросил его, как ему спалось после стольких волнений. Он ответил: «Неплохо… Думаю, будут ночи и похуже…». Второй кардинал, который был со мной, сказал ему: «Нам еще нужно привыкнуть видеть Вас в белом …», а третий кардинал добавил: «Но и Вы должны привыкнуть видеть себя в белом …». И Папа ответил: «Слава Богу, я себя не вижу!»

«Он шел по улице, перебирая четки Розария»

Кардинал Жорж Коттьер, протеолог Папского Дома

То, что меня всегда поражало в кардинале Ратцингере, была его простота. Я много раз видел его шагающим по улице Порта Анджелика, перебирающим четки Розария. Это первый образ, возникающий в памяти, столь далекий от образа Panzerkardinal, растиражированного прессой и абсолютно не соответствующего действительности. Конечно, когда ему предстоит принять решение, он делает это, не колеблясь. Но это ценное качество.

Много лет я был секретарем международной богословской комиссии, и каждый год в течение недели проводились пленарные заседания, во время которой шла интенсивная работа над различными темами, рекомендованными Конгрегацией вероучения, или выбранными самой комиссией. Дискуссии на этих заседаниях отличались большой свободой. Кардинал Ратцингер был всегда с нами и внимательно следил за всеми фазами работы; было видно, что ему доставляло удовольствие находиться в обществе других теологов, он, как говорится, был в своей стихии. Уже тогда мы ощутили и оценили его человеческие качества, такие, как приветливость, сердечность, способность слушать, а также его высочайшие интеллектуальные качества, способность синтезировать. Теперь, когда кардиналы избрали его Преемником Петра, мы имеем в качестве Папы мудрого человека, который знает, что богословие составляет часть христианской мудрости и что нельзя заниматься богословием, не живя верой. Когда во время своей первой общей аудиенции он напомнил правило: «не ставить ничего превыше Христа», на которое св. Бенедикт указывал монахам, было понятно, что тот же самый критерий он применяет и к себе, к своей работе теолога. Я очень обрадовался, когда он представился миру, как смиренный работник виноградника Господня; и когда в своей проповеди на мессе начала понтификата он сказал, что его программа заключается не в том, чтобы утверждать собственные идеи, но в послушании Иисусу и Его Евангелию. Папа Бенедикт XVI – vir ecclesiasticus, человек Церкви. Он всегда помнил, что католический теолог занимается богословием не от себя лично, но как сын Церкви. Именно так он осуществлял свою деятельность теолога. С полным смирением, не впадая в искушение гордыни, которая часто делает профессию теолога опасной, рискованной. Думаю также, что Господь подготовил кардинала Ратцингера к его нынешней должности, потому что Папа Бенедикт XVI был не только великим теологом, которым он остается и сегодня; многие годы он был также префектом Конгрегации вероучения, что обеспечило ему опыт церковной жизни большого масштаба, в постоянном контакте со многими епископами. Это Папа, видящий проблемы в их целостности, сразу со всех сторон. Современные проблемы отличаются своей глобальностью, они затрагивают все человечество, и своей наблюдательностью, размышлением, молитвой кардинал Ратцингер был подготовлен, чтобы решить все это.


Перевод: София Халходжаева Agnuz
 

 
« Пред.   След. »
 
п»ї
http://spbgup-kirov.ru/sexe-facile-saint-vincent-de-mercuze.html
generic cialis 20mg