Benedetto XVI - Papst.pro
 

срочно в номер

 
Ближайшие трансляции
 
28 февраля
19.30 по мск. - вылет в Кастель Гандольфо
23.00 по мск. - конец понтификата Бенедикта XVI 

 

фоторепортаж


Ветренный Милан 2012
Печать E-mail
04.06.2007 г.
Ратцингер
19 апреля 2005 года - избран новый Папа - немец

 

Детали частной жизни Кардинала - от коллег, студентов, очевидцев
Чего мы еще не знаем о Ратцигере? - расследование "Шпигель"

 
В дни после избрания кардинала Ратцингера немецкая газета «Шпигель» перевернула Ватикан в поисках подробностей о его частной жизни. Эти подробности вместе с надеждами и опасениями авторов в эксклюзивном переводе Ратцингер-Информ.

Может ли осторожный богослов стать народным Папой?

Он хотел получить лицензию на право творить. Теперь он ее получил.
И выше его отныне только небеса.
"Шпигель" 25 апреля 2005


Йозеф Ранцингер все предыдущие годы старался избегать реальной жизни. Большего успеха в этом он достигал в Риме, нежели дома в Германии. Теперь католики всего мира надеются, что этот суровый страж веры преобразится в доброго пастыря.

«Странно видеть, как ваш коллега становится Папой»

Папа Бенедикт XVI: немецкий кардинал Йозеф Ратцингер появился на балконе Базилики Св. Петра после своего избрания конклавом кардиналов 19 апреля 2005.

Обитатель апартаментов №8 был человеком необычайно тихим. Время от времени он сталкивался с соседями в лифте, и эти несколько неловких минут они беседовали о Боге, о мире. Иногда он тихо играл на пианино – Моцарта, Баха, Палестрину – ребенок шумит громче.

Сейчас в восьмом номере стало даже тише обычного. Жилец съехал, перебравшись в апартаменты попросторнее – наискосок через дорогу. А еще он взял новое имя. Йозеф Ратцингер, отныне Папа Бенедикт XVI, больше не проживает по адресу Piazza della Città Leonina дом 1.

Вальтеру Касперу (Walter Kasper) игра его соседа на фортепьяно никогда не мешала. По крайней мере, он сам так говорит. Кардиналы прощают друг другу невинные привычки. Он даже не держит обиды на Ратцингера, своего нового босса, за то, что тот когда-то слишком быстро покинул его вечеринку по поводу новоселья.

"Он живет немногословной замкнутой жизнью", – говорит кардинал Каспер, проживающий в четвертом номере. Мимо промелькнула тень домохозяйки в монашеском облачении. "Маловероятно, что теперь он переработает все, что когда-либо публиковал. Но истинного Йозефа Ратцингера, мы увидим только теперь - в роли Папы".

Каспер, отвечающий в Ватикане за экуменистическое движение, имел много теологических разногласий со старым Ратцингером. Но теперь, подобно многим в Риме, он надеется увидеть нового, отличного от прежнего человека в Ратцингере-Папе. Последние шесть лет Каспер, дружелюбный человек из южной Германии, жил в кардинальской резиденции, находящейся на попечении Сестер Милосердия (The Sisters of Charity). Бенедикт XVI окончательно пакует свои вещи к переезду. На лестничной клетке пахнет говяжьими фрикадельками.

"Как префект Конгрегации Доктрины Веры", - сказал кардинал Каспер, - "он был обязан защищать веру, обозначая пределы и границы. Теперь, когда он стал Папой, у него совершенно другие обязанности. Его новая работа – сохранять единство и мир в Церкви». И добавил: "Вообще-то, это довольно необычно, видеть, как ваш коллега вдруг становится Папой".

Пишет, пишет и не ест

Каждый день в одно и то же время Йозеф Ратцингер, с неизменным портфелем в левой руке, покидал свои апартаменты и, пересекая по диагонали площадь Св. Петра, шел в свой кабинет в Конгрегации Доктрины Веры в Палаццо дель Сант-Уффицио (Palazzo del Sant'Uffizio). Ведомство, ставшее преемником Святой Инквизиции, невелико. В нем числится всего 40 служащих, технических сотрудников и секретарей.

«Он мог писать как одержимый по 12-13 часов, без еды,» - рассказывает священник «Архибратства Непорочной Богоматери Кладбища немцев и фламандцев», к которому Ратцингер также принадлежал. «Сестры бывало положат ему на стол бутерброды, а через несколько часов видят, что он к ним даже не прикоснулся».

Он все запоминает…

Когда дело доходило до богословия, никто в Конгрегации Доктрины Веры не мог соперничать с Ратцингером. Казалось, он читал – и при этом запоминал – все. Он мог диктовать своему секретарю по 20 страниц, и в них не допускались ошибки, по крайней мере, грамматические.

Однако отношение к теологическим трудам Ратцингера было неоднозначным. Многих раздражала его догматическая зашоренность, его истовое неприятие любых отклонений от основополагающих принципов Католического богословия и морали, его ярое порицание гомосексуалистов и лесбиянок. Все это заставляет каждого человека в Риме с надеждой искать приметы того, что убеждения Йозефа Ратцингера не помешают ему преобразиться в доброго пастыря Католической Церкви.

Ратцингер коронует Карнавал

Папа Бенедикт XVI, немец Йозеф Ратцингер, улыбается, приветствуя детей перед возвращением в Ватикан. Ратцингер – восьмой немец, избранный Рапой в результате одного из самых коротких конклавов в истории.
Прелат Эрвин Гац, глава колледжа по подготовке священников «Collegio Teutonico» - маленького немецкого оазиса в середине Палаццо дель Сант-Уффицио - очень высокого мнения о новом Папе: «Когда Ратцингер приехал в Рим в 1981, он жил с нами в Колледже. Я должен сказать, что он был доступным, неприхотливым и очень приветливым. Так сложилось, что одна из первых вещей, которые он сделал, была коронация принца Карнавала – дань многочисленным уроженцам Рейнской области в нашей среде». Это была первая Ватиканская «реформа» того, кто позже стал Бенедиктом XVI.

Представители конференции германских епископов озабочены, каким образом выразить свою радость по поводу итогов конклава. Очевидно, только один немецкий кардинал голосовал за Ратцингера в первом раунде выборов: Иоахим Мейснер (Joachim Meisner), ультраконсервативный архиепископ из Кельна, непопулярный в собственном диоцезе. Видимо даже церковные сановники испытывают проблемы с всепрощением, в случаях, когда они на глазах всего мира бывают оскорблены хранителем веры. [В 2000 году возникли разногласия между немецкой церковью и Ватиканом. Церковь Германии финансировала консультации для женщин, где католические миряне-врачи и социологи могли позволить женщине, в зависимости от жизненных обстоятельств, сделать аборт. Вероятно, кардинал Ратцингер жестко осудил действия соотечественников. Прим. ред.]

Кардинал Леманн (Lehmann), председатель Конференции епископов Германии, не просто противник Ратцингера в том, что касается его поведения. Для Леманна, десять лет входившего в состав Конгрегации Доктрины Веры, мир - больше чем борьба добра со злом. Он только что получил по факсу сотню страниц одной из популярных книг Ратцингера. Книги Ратцингера теперь пользуются таким успехом, что трудно раздобыть их копии в переплете.

«Он - скромнейший человек и академически великий собеседник», - сказал Леманн. «Прежде чем он был послан в Рим, его хотели заставить подписать неофициальное обещание больше не писать», - говорит Леманн, епископ немецкого города Майнц. «Ратцингер отказался, и это был удачный выбор. Потребность писать – неотъемлемая часть жизни Ратцингера».

Йозеф Ратцингер всю жизнь был очень плодовитым автором. Ему принадлежат сотни богословских документов и трудов, из которых, практически, можно составить небольшую библиотеку.

Ратцингер возглавлял Конгрегацию Доктрины Веры без малого четверть века. Он получал зарплату в размере 2000 евро на должности, требовавшей от него упорства и веры в себя. «Конечно, это ставило его в положение человека, постоянно вскрывающего проблемы Церкви», - сказал один из его немецких коллег. «При тогдашней степени девальвации веры и религиозных убеждений было от чего впасть в отчаяние».

Пользуясь таким языком только и можно объяснить и ощутить всю трагичность образа Ратцингера, образа, несущего в себе метафору Церкви-корабля, потрепанного бурными волнами либерализма и релятивизма. Один коллега рассказывает, как он однажды столкнулся с Ратцингером на фуршете и речь зашла о грядущем конклаве. Ратцингер, как говорит коллега, произнес: «Я могу лишь надеяться, что меня это не коснется». Однако события развивались не так, как предполагалось.

Религия – его «приключение»

Английский таблоид "The Sun" вышел с противоречивым заголовком «От Гитлерюгенда до… Папы Ратци». На других страницах Ратцингер именовался «Ротвейлером Господа Бога».
Профессор богословия стал Папой. Сын немецкого полицейского из баварского города Марктль-ам-Инн теперь – духовный лидер более чем миллиарда католиков. Тихий жилец апартаментов №8 преображается в могущественнейшего человека из всех, появившихся на свет в этом маленьком баварском городке.

Третий ребенок Ратцингеров родился в 16 часов 30 минут 16 апреля 1927, на следующий день после Пасхального воскресенья. Семья Ратцингеров была небогатой. Однако двое сыновей окончили школу, их мать работала на двух работах кухаркой, чтобы оплатить их образование. Несмотря на бедность, семья гордилась двумя вещами: своим неприятием Адольфа Гитлера и Георгом Ратцингером, дядей отца Йозефа Ратцингера, который, будучи пастором и членом Рейхстага, боролся за права немецких земледельцев.

Когда Гитлер пришел к власти, отец Ратцингера сказал: «Скоро будет война, поэтому нам нужен дом». Вскоре семья переехала в простенький старый деревенский дом в деревеньке Хуфшлаг рядом с Траунштайном, где за водой надо было ходить к колодцу. Ратцингеры были добрыми баварскими католиками, при этом они были веселыми и добросердечными людьми.

Еще во втором классе родители купили Йозефу Миссал – книгу Мессы, используемую священниками во время службы. Позже Ратцингер скажет, что религия стала для него «рациональным приключением».

В школе Ратцингер был записан в Гитлерюгенд, но на собрания этой организации он ходил редко. В конечном счете, его призвали в армию и отправили в Мюнхен. В качестве вспомогательного персонала Йозефа приписали к подразделению противовоздушной обороны, где его обязанностью был сбор данных. Конец войны он встретил в лагере для военнопленных под Ульмом.

Ратцингер начал привлекать к себе внимание уже после войны, изучая теологию. «Он умел представить вещи в новом свете, заставить из заиграть по-новому», - вспоминает один из его сокурсников. Отдавая должное Ратцингеру, профессор Вольфганг Байнерт хвалил его за «классический блеск» его языка.

С таким предшествующим опытом и такими задатками Йозеф Ратцингер на Втором Ватиканском Соборе стал официальным богословским консультантом. В то время Ратцингер жаловался, что Церковь была «слишком сильно стреножена, подвержена слишком большому количеству ограничений, многие из которых только способствовали духовному запустению века скептицизма, вместо того чтобы помочь ему (веку прим. пер.) достичь утешения и избавления». Ратцингера называли «Соборный подросток».

В 30 лет Ратцингер стал профессором фундаментальной теологии, сначала в Бонне, позже в Мюнстере и Тюбингене. «Огромное впечатление на него произвела работа в Тюбингене, которая так или иначе сформировала его образ мышления и оценку сложившейся ситуации», - отмечает Вальтер Каспер.

После Второго Ватиканского собора Ратцингер вместе с Гансом Кюнгом и Карлом Ранером приобрели в Церкви репутацию реформаторов. Кюнг, друг Ратцингера, пригласил его в Тюбинген в 1966, где Ратцингер, в ту пору очень многообещающий молодой профессор в священническом воротничке и со звонким голосом, занял место преподавателя фундаментальной теологии и читал лекции о теории Логоса в Средние века.

Но его студенты прерывали лекции, перебивали профессора и требовали обсудить ситуацию вокруг Вьетнама. В какой-то момент он услышал, как его студенты произнесли страшные слова: "Иисус, будь проклят". Придя в ужас, он покинул Тюбинген ради места в более консервативном и тихом университете Регенсбурга.

Под влиянием этого опыта, полученного в 60-е годы ХХ века, термин «марксизм» в представлении Ратцингера прочно слился с безрассудным и революционным образом действий. В 1984 году в интервью «Der Spiegel» Ратцингер признался, что именно в Тюбингенских лекционных залах он со всей ясностью осознал, что «те цели, которые преследовались на Соборе, оказались вывернутыми наизнанку». Позже он даже говорил о «демоне Собора» и о том, что он называл «некритичная открытость Церкви миру и духу времен».

Он всегда был осторожным человеком, но его опыт в Тюбингене пробудил в нем тревогу за Церковь. Как вспоминает один из его однокашников по Collegio Teutonico, «он был ведом идеей увлечь за собой Церковь, и он чувствовал, что должен подняться по ступеням иерархии, чтобы достигнуть своей цели».

Предметом своей докторской диссертации Ратцингер избрал Св. Августина, отца Церкви, с его образом Христа-странника, ходящего по миру, никем не узнаваемого, и с идеей Царства Божьего, т.н. «Града Божьего». «Идеи Св. Августина абсолютно точно сыграли важную роль в формировании его образа мыслей», - говорит кардинал Каспер. - «Мысль, что мир представляет собой постоянную борьбу между теократией и светской властью".

В 1977, будучи архиепископом Мюнхена, он избрал своим епископским девизом слова Cooperatores veritatis – Соработники истины. Во времена, когда каждый немецкий университет был пропитан культом постструктурализма, бесконечного поиска вечно ускользающих истин, Ратцингер сказал, что есть только одна истина, даже если «современный человек верит, что это недемократично и нетолерантно».

В 1981 году Иоанн Павел II призвал Ратцингера в Рим, чтобы вверить ему обязанности высшего хранителя веры. В 1983, по поручению папы, Ратцингер занялся разработкой плана по восстановлению позиций Церкви в Латинской Америке. Ратцингер высмеял теолога освобождения Леонардо Боффа и пытался вынудить уйти в отставку перуанских епископов. Будет «трудно любить этого Папу», - сказал Бофф, но при этом выразил надежду на то, что Ратцингер, достигнув папского престола, все-таки станет «больше думать о человечестве, чем о Церкви».

Ратцингер – крестоносец, осторожный в поступках, в манере поведения, но со стальной хваткой в вопросах, касающихся его убеждений. Он никогда не стремился избежать конфронтации с современностью, ибо верил, что это единственный серьезный подход к современности.

Перед началом церемонии погребения Иоанна Павла II Ратцингер сказал президенту США Джорджу Бушу: «Если вы хотите молиться - молитесь». Служба безопасности Буша просила освободить собор Св. Петра, чтобы Буш мог помолиться один. Ратцингер отказал.


Даже его последняя проповедь перед конклавом была суровой и нравоучительной. Это можно было назвать чем угодно, но не предвыборной речью. Однако она возымела свое действие. Человек, которого непочтительные критики прозвали «папским ротвейлером», по итогам подлинного плебисцита, был избран на служение добрым пастырем. К восторгу сторонников Ратцингера, 100 из 115 кардиналов отдали ему свои голоса.

Но может ли кто-нибудь, в прошлом выступавший даже за расширение понятия непогрешимости Папы вплоть до его личных эдиктов, настолько отступить от своих позиций, чтобы быть в состоянии по-настоящему принять эту роль? Когда его однажды спросили о подобных моментах в его биографии, Ратцингер ответил: «В жизни нельзя оставаться неподвижным, надо постоянно развиваться».

Теперь у него нет другого выбора. Он должен измениться. До сих пор он воспринимал аплодисменты в среде христиан как признак недостаточно серьезного отношения к вере. В момент интронизации в минувшее воскресенье он оказался лицом к лицу с полумиллионом человек, и именно ему они аплодировали.

У Ратцингера была привычка, беседуя с кем-либо, складывать руки и смотреть в пол. Каждый жест выдавал утомление, пробуждающее в памяти образ великого инквизитора из «Братьев Карамазовых» Достоевского, посетившего Иисуса в темнице и сказавшего: Я не могу отпустить тебя, потому что ты делаешь людей сумасшедшими. (Точная цитата не установлена. Возможно текст приводится автором приблизительно. Прим. ред.)
Он говорит возвышенным, высоким, прерывистым, почти напевным голосом. Даже когда он говорит на латыни, это звучит так, как если бы он рассказывал забавную историю. В самом деле, звуки его голоса больше подходит Аугсбургскому кукольнику, чем тому, кто говорит о Господе. (Ассоциации и образы - на совести автора статьи. прим. ред.)

«Вы можете обходиться без «Святейшества»

Он должен измениться. До сих пор слова Йозефа Ратцингера не расходились с его делами. Но теперь он должен служить зримым телесным воплощением Католической Церкви, церкви, более зависимой от образности, чем любая другая. Но Ратцингер всегда терпеть не мог духа телесности.

«Видеть его, выходящим из так называемой Комнаты Плача (помещение за стеной Сикстинской капеллы, где вновь избранный Папа одевает свое новое облачение. прим. пер.) в новом облачении, было для меня шоком», - сказал один из немецких кардиналов. «На его седых волосах белая папская шапочка была едва заметна. Да и надел ли он ее?» Иоахим Майснер (Joachim Meisner), архиепископ Кельна, безмолвствовал, а другой кардинал не мог сообразить, как обращаться к новому Папе: «Святейший Отец, дорогой Йозеф…» - «Вы можете обходиться без «Святейшества», - ответил Бенедикт XVI. Метаморфозы уже начались.

Сначала человек, стоявший на портике Собора Св. Петра, не шевелился, двигались только его глаза, глаза ученого, привыкшие к рукописям, но не к обращенным на него взглядам многих тысяч людей, собравшихся на Площади Св. Петра.

Он начал говорить - "Сari fratelli e sorelle" (дорогие братья и сестры) - своим странным голосом, непривычная стола, расшитая изоражениями Св. Петра, лежала на его плечах, как хомут. Сначала он, казалось, хотел сделать движение, более подходящее для стадионов или политических мероприятий. Бенедикт XVI воздел руки, как будто для того, чтобы жестом триумфатора соединить их над головой. Тут же понял, что делает, и папским движением простер руки вперед.

В четверг днем площадь Читта Леонина была перекрыта, исключение сделали только для автомобиля с номером «SCV 1» (серия автомобильных номеров Ватикана SCV - Stato-citta Vaticano) Автомобиля Папы. Бенедикт XVI по-прежнему, казалось, чувствовал себя неуютно в своем новом облачении. Его движения были механическими, его тело – скованным, а сам он постепенно усваивал привычку улыбаться, как свойство, сопутствующее его новому имени. Он возлагает руки на голову юной девушки, опускает их, последний раз один входит в маленький лифт и поднимается на четвертый этаж. Рояль переезжает вместе с Папой.

Он хотел получить лицензию на право творить. Теперь он ее получил. И выше его отныне только небеса.

Говорят, что у Ратцингера спокойное отношение к эпохе и времени. «Кроме того, он имеет превосходное представление о том, что Курия может, и чего не может делать. Он может приступить к работе незамедлительно».

Немецкий Папа

На прошлой неделе Бенедикт XVI подтвердил полномочия всех кардиналов Курии, исключая себя самого. Его бывший офис в Палаццо дель Сант-Уффицио пустеет. Ожидается, что Бенедикт XVI унаследует качества Йозефа Ратцингера как стража веры, и это станет первым признаком того основания, на котором зиждется надежда множества католиков.

Как говорят официальные лица в Риме, Ратцингер как раз перед избранием работал над трактатами об экуменизме. Им был издан документ, доказывающий необходимость допущения к Причастию тех, кто, будучи разведен по церковным законам, вновь вступает в брак.

Это могло бы стать признаком позитивного возвращения к взглядам молодого Ратцингера. Но можно ли хотя бы на секунду допустить саму возможность подобной ревизии убеждений в человеке, который в 1994 году однозначно провозгласил, что нет и не может быть исключений в отлучении от Причастия тех, кто повторно вступал в брак?

«Совершенно точно, что он будет думать о структуре Синода», сказал один немецкий кардинал. «Целью его будет создание некоего подобия сената, функция которого – поддерживать Папу, своего рода кабинет постоянно сменяемых епископов». Это в точности соответствует тому, что провозглашал официальный теолог Собора Ратцингер сорок лет назад на Втором Ватиканском Соборе.

Вальтер Каспер сидит в своем офисе в апартаментах №4 в кардинальской резиденции на Читта Леонина. Он размышляет над тем, что надеть на папский прием в субботу: красную сутану с белой накидкой или свою черную сутану с красными пуговицами? Указания на этот счет были туманны, как всегда. Католическая Церковь в этом меняется медленно.

Каспер говорит: «Новый Папа определенно приведет в движение исторические процессы. Можно ли было раньше сказать: немецкий Папа? Это было невозможно. Но теперь это допустимо, и мы, немцы, весь народ, отпразднуем это событие. В конце концов, надо быть справедливыми и дать такому Папе шанс».

Колоссальное событие перевернуло многие вещи с ног на голову. Мир обрел Папу-немца, и апартаменты в доме, где живет Вальтер Каспер, свободны.

Томас Хойтлин, Ульрих Шварц, Александр Шмольтчик и Петер Вензерски
Thomas Hüetlin, Ulrich Schwarz, Alexander Smoltczyk and Peter Wensierski

DER SPIEGEL
April 25, 2005

перевод: Роман СТЫРАН



 
« Пред.   След. »
 
п»ї
Знакомства для секса ростов мамаши
generic cialis 20mg